Россия 5 января 2020, 06:03

Живопись как исторический источник. «Караульни» Паламедеса

«Караульня с собаками».

В центре офицер в колете (кафтан из тонкой кожи), который надевался под кирасу, а вот кто все остальные, сказать очень сложно. То есть, может быть, это и солдаты, вот только похожи они скорее на бродяг, греющихся у костра. Сброд сбродом, причем таковые присутствуют на всех картинах художника с «караульными помещениями». На заднем плане один персонаж переобувается.

В картинах Энтони Паламедеса эта сюжетная линия повторяется с завидным постоянством. Из оружия мы видим лишь тяжелую кавалерийскую шпагу на полу справа Это все так знакомо, и кажется: в сказке я, И готов наважденью воскликнуть я: vade! Я с тобой повстречался, Рембрандтова Саския? Я в твой век возвращен, Адриан ван Остаде? Валерий Брюсов Картины рассказывают. Начнем с того, что материал «Картины рассказывают.

«Караульня» читателям «ВО» понравился, ну, кроме некоторых, что в принципе нормально, я вот тоже терпеть не могу пирожки с капустой, хотя польский бигос, например, ем с большим удовольствием. И многие пожелали, чтобы тема живописи, как исторического источника, была продолжена. При этом многие совершенно точно в своих комментариях указали, что эпичность полотна либо скульптуры, например, и его историческая достоверность — вещи, нередко абсолютно различные. Например, «Родина-мать» на Мамаевом кургане или «Алеша» в Трептов-парке в Берлине — произведения эпические, но было бы странным и нелепым рассуждать на их основании о том, что в критической ситуации советские воины и их матери брались за мечи! Поэтому давайте не будем уж путать божий дар с яичницей, а обратимся к картинам все тех же голландцев, которые на своих полотнах отразили многие сражения Тридцатилетней и Восьмидесятилетней войны с участием множества воинов в самых различных доспехах, и вот они-то, без сомнения, являются для нас важным источников информации о том времени.

В прошлый раз мы внимательно рассмотрели по сути всего лишь одну картину Тенирса-Младшего «Караульня», которая, однако, дала нам весьма ценную информацию о том времени. Но может быть, прежде чем обращаться непосредственно к батальным полотнам, посмотрим и другие картины, написанные в то же время и на ту же тему, но другими живописцами? Оказывается, есть! Тут надо вспомнить одну хорошую нашу поговорку о том, что «дурные примеры заразительны». То есть если какая-то «тема» у кого-то «пошла», то тут же появляются подражатели или же сам автор начинает одну за другой тиражировать популярные сюжеты.

Одним из таких «голландцев» был Энтони Паламедес (1601—1673), голландский художник «Золотого века», работавший в самых разных областях живописи. Энтони был художником жанровой живописи, портрета и натюрморта, но больше всего известен своими картинами, изображающими музыкальные или веселые компании и солдат того времени. Такие работы свидетельствуют о его знании современных жанровых картин художников Гарлема и Амстердама, таких как Дирк Халс, Питер Кодде, Виллем Дуйстер и Хендрик Пот.

Родился он в городе Делфте, где и стал в итоге представителем знаменитой делфтской школы. Родился Паламедес в семье резчика по полудрагоценным камням. Он работал с яшмой, порфиром и агатом, и стал известным мастером-камнерезом. Причем настолько известным, что ездил в Англию ко двору короля Шотландии Якова. Но тут у него родился младший брат, которого тоже назвали Паламедесом, и семье пришлось вернуться в Делфт, где братья и выросли.

Живописи, как сообщают одни источники, Энтони Паламедес обучался у Михеля ван Миревелта. Другие его наставником называют амстердамского живописца Хендрика Пота. Его младший брат Паламедес тоже стал художником. Однако Энтони довелось пережить своего брата, который умер всего лишь в 31 год в 1638 году. В 1621 г. Паламедеса приняли в гильдию художников святого Луки, а потом его четыре раза выбирали ее деканом (в 1635, 1658, 1663 и 1672 годах).

30 марта 1630 года Энтони женился на Анне ван Хоорендейк, которая в течение десяти лет, с 1632 по 1642 год, родила ему шестерых детей: еще одного Паламедеса (1632), Леенберта (1634), Джооста (1636), Вильяма (1638) и близнецов – Вильяма и Марию. Но все дети, кроме сына Паламедеса, умерли либо до, либо в 1646 г. Сын же Энтони Паламедеса – Паламедес Паламедес – наследовал профессию отца и тоже сделался живописцем.

Продажа картин приносила Паламедесу стабильный доход. Так, например, он приобрел дом ценой 3400 гульденов. Но затем фортуна он него отвернулась. Супруга его Анна в 1651 г. умерла и Паламедес в 1658 году женился вторично. Но… увы, неудачно, примерно так же, как дровосек в киносказке «Золушка» 1938 года. Дома начались неурядицы, а и ними – долги и денежные затруднения.

И кончилось все тем, что Паламедес все бросил, уехал в 1670 г. в Амстердам, и там умер в 1673 г. И вот одной из его тем как раз и стала… да-да, не удивляйтесь – тема «караульного помещения». Трудно сказать, сколько всего он написал полотен «Караульня», но совершенно точно можно сказать, что их много. Кстати, это поистине находка для мошенников, умеющих подделывать полотна XVII века.

Хотя с другой стороны находка ранее неизвестного полотна Энтони Паламедеса вызовет такой ажиотаж, что… «найденную» картину будут проверять и проверять, травить кислотами, смотреть микроскопами, а под конец дело дойдет и до «атомной пушки». Просто, когда картин на какую-то одну тему одного художника написано достаточно много, всегда имеется шанс найти какую-то случайно забытую и неизвестную. Интересно, что «караульни» Паламедеса во многом похожи.

На них имеется центральная фигура, которая практически всегда одета в костюм всадника тяжелой кавалерии, который, однако доспехи с себя снял, и занимается тем, что дает указания товарищам, играет на трубе или просто стоит в задумчивости. В отличие от картины Тенирса в его полотнах присутствуют женщины, в том числе и кормящие грудью младенцев и, видимо, забредшие к солдатам в «поисках приключений» либо «вспомоществований», и даже собаки. То есть в караульных помещениях того времени чего и кого только не бывало! Ну, а теперь давайте полюбуемся на его полотна и посмотрим, что же конкретно они могут дать для изучения военного дела XVII века, причем в период 1640-1650 гг.

потому, что именно этим временем датируются его «караульни». «Караульня» 1647 год. (Рейксмюсеум, Амстердам) Здесь тот же самый офицер, в щегольской шляпе с разноцветными перьями дает какое-то указание рядовому, только что снявшему с себя кирасу. На офицере из доспехов остался один латный горжет. В левой руке – протазан, следовательно, офицер этот из пехоты. Другие солдаты на втором плане вешают свои доспехи на стену.

И это явно пехотинцы, поскольку в руках у одного из них бандельер «Сборы отряда» 1654 год. (Государственный музей изобразительных искусств им. А.С.Пушкина, Москва) Все тот же офицер в желтом колете, но теперь уже со знаменем в руке, делает тот же жест, что и на многих других картинах «Сцена в караульне» И что мы здесь видим? «Трубач в желтом камзоле», негр-слуга (то есть их уже в Европу тогда ввозили, причем, судя по позе, чувствовали они себя здесь совсем не униженно!), скрипач, игроки в кости, и собака, грызущая кость – все очень жизненно и по своему-трогательно. Доспехи (двойные кирасы), висят на стене сзади.

(Частное собрание) Еще одна картина 1654 года и на ней все то же караульное помещение с трубачом в желтом камзоле (колете) (Королевские бани, Варшава) Здесь офицер у него встал и трубит в горн, а женщина с ребенком и все остальные персонажи за ним наблюдают. Задача трубача в голландской армии состояла в том, чтобы оповестить всех солдат в караульной комнате о том, что есть приказ командира собраться и выходить Флаг на горне красный, а камзол уже синий, явно суконный, а не кожаный. Но без женщины с младенцем все равно никак не обойтись… «В караульном помещении».

(Частное собрание) Здесь офицер в кирасе явно устал и ждет пока его обслужит слуга. Из оружия – доспехи в правом углу. Позади него стоит мушкетер Еще одна картина с караульным помещением 1654 г. (Музей Виктории и Альберта, Лондон). Тут уже горнист шляпу снял… В центре этого полотна, которое называется «Караульня роты пикинеров» – офицер с протазаном, рядом с которым стоит второй офицер с тростью. Женщина и ребенок – присутствуют.

Правда, нет барабана, который встречается на многих его картинах. Зато слева у стены прекрасно изображен мушкет с подставкой. Правда, не очень удается разглядеть какой у него замок – колесцовый или фитильный И это далеко не все «Каральные помещения», которые написал этот голландский художник. Зато мы совершенно точно теперь знаем, как были одеты солдаты и младшие офицеры 1654 года, какие носили кирасы, мушкеты и какие женщины с младенцами приходили тогда в «караулки». Продолжение следует…

Об этом сообщает Военное обозрение.
Теги: Паламедес, ЭНТ, Офицер, Полотно, Картина