Россия 11 июня 2013, 10:33

Новые информационные технологии и показательные выступления

Аннотация: Навеяно просмотром показательных выступлений в одной бригаде… В связи с бурным развитием технического прогресса и не менее бурным (но весьма затяжным) реформированием наших доблестных Вооруженных сил — в армейской среде начали появляться компьютеры.

Компьютеры в основном использовались в качестве печатных машинок. А в еще в большем количестве стали появляться офицеры — выпускники ВУЗ-ов (они же двухгодичники — двухгадюшники).

Выпускников тоже в основном использовали в штабах в качестве “принеси — подай”, “напечатай что-нибудь”, «не путайся под ногами» и «что ты натворил, дебил?». В одной доблестной бригаде спецназа, которая боролась то ли за право называться “спецназом”, то ли за право называться “бригадой” вышеперечисленные компоненты (компьютеры и выпускники ВУЗ-ов) присутствовали в полной мере. Но однажды на КПП появился совершенно не вписывающийся в окружающую суровую армейскую действительность индивидуум.

Если присмотреться – это был молодой человек, по всем признакам — мужского пола. Но дежурный по КПП особо не всматривался, и принял его за девицу, прибывшую повидать какого-нибудь солдатика и одарить своего возлюбленного то ли домашними пирожками, то ли не менее домашней венерической болезнью. Так как на инструктаже суточного наряда заместитель Начальника Штаба бригады весьма доходчиво объяснил: «Ыыы мляяя, Петренко! Не посмотрю, шо ты уже контрабас. Не дай Бог, какие прошмондовки на КПП ошиваться будут — сгною в кочегарке!».

Поэтому сержант Петренко, увидев непонятное длинноволосое существо с сережками в ушах и закатанных до колен джинсах недолго думая, рявкнул: — А ну мля, марш отсюдова! День посещений — суббота! Человеческое существо подпрыгнуло на месте и обматерило сержанта грубым мужским басом. Сержант решил что на КПП напали трансвеститы и вызвал подмогу в лице своего помощника и, прикрыв тылы на всякий случай (да мало ли, что вдруг это непонятное существо любитель мужественных сержантских задниц?), ринулся в атаку. Атака захлебнулась, когда неизвестный предъявил кучу документов, в том числе и предписание на прохождение службы в данной части.

Неизвестного в списки вражеских шпионов зачислять не стали, прозвонили в штаб и очень скоро (часа через три) все-таки сумели выйти на начальника строевой части и сообщить о новом офицере, страстно желающем проходить службу. Моложавый майор (начальник строевой) горестно вздохнул и попросил провести к нему вновь прибывшего. Процедура оформления много времени не заняла, и, гражданский человек внезапно ощутивший себя лейтенантом был представлен командиру бригады.

Комбригу при виде длинноволосого и с вытаращенными глазами подчиненного стало жутко весело, и он с шутками и прибаутками (нахваливая и воспевая оды окружникам-кадровикам) впал в ступор и горестно махнул рукой. Лейтенанта-двухгодичника поселили в офицерском общежитии в комнату с двумя «кадровыми» лейтенантами, тоже недавно прибывшими в часть. Выпускники Рязанского и Новосибирского училищ, благосклонно приняли появление нового соседа и принялись приводить «пиджака» к «нормальному бою».

Паренек был обстрижен наголо, кольца и сережки вынуты из ушей и еще из всяких там мест. Процесс подшивания подворотничков был им усвоен на “отлично с плюсом”, хотя и вызвал некоторые затруднения, особенно при подшивании зимнего бушлата. Ботинки с высоким берцем привели его в полнейший восторг. Он посетовал, что вместо “крутой банданы” с черепами на голову напялили бесформенную камуфлированную кепку. Однако паренек оказался ухватистым, и, подсмотрев некоторые секреты у своих «кадровых» друзей — с помощью проволоки и утюга привел кепчонку в более-менее сносный вид.

Наличие военной кафедры в институте, выпустившем лейтенанта-двухгодичника свидетельствовало о том, что данный товарищ был полным профаном в военном деле, особенно — в строевой подготовке. Лейтенанты объяснили, кому надо отдавать воинское приветствие, а кому — и замечание надо сделать за не отдание оного. При инструктаже лейтенанты, чуть-чуть покривив душой, внесли небольшое изменение в устном изложении «Строевого Устава».

В результате этого изменения новенький лейтенант недели две отдавал воинское приветствие своим соседям по комнате, переходя на строевой шаг и звонко во весь голос приветствуя друзей. Потом, конечно, он обтерся и перестал удивлять окружающий люд криками типа «Здра Жела… т-щ лейтенант СПЕЦНАЗА». Соответственно лейтенанты потренировали своего подопечного в проставлении за должность, за подъёмные, за получение первой зарплаты и многое другое. В результате вновь прибывший через месяц стал в доску своим, перестал спрашивать в «чипке» гамбургеры и «Колу», а его организм, привыкший за годы студенческой жизни к пиву, перестроился на более крепкие напитки.

Теперь молодой лейтенант вальяжно фланировал по части, спокойно заваливал порученные задачи, очень толково объяснял причину неудач и громко рыкал на военнослужащих по призыву " Куддааа преешь абезьян?" Лейтенант прошел курс обучения, «смело и мужественно» совершил прыжок из вертолета, после приземления получил по заднице запаской, получил разрешение от своих соседей на ношение тельняшки и берета. На стрельбах он увлеченно стрелял по мишеням, а после завершения срельб громогласно заяви: " Халва — отстой!".

(“Half-Life” — компьютерная стрелялка) Все у молодого лейтенанта нормализовалось, у него остались лишь некоторые пагубные привычки типа тяги к Интернету и сетевых игрушек, которые, однако, несению службы не мешали. Еще совсем немного — и он стал бы обыкновенным военным. Однако, по воле случая, шествуя по штабу с кучей каких-то документов, наткнулся он на командира. Лейтенант знал, что при встрече с начальством лучше всего сделать тупое лицо и как можно быстрее сбежать.

Выполнить он успел только процедуры с лицом. Комбриг увидев «пиджака» ощерился, и хотел за что-нибудь «отлюбить» бедолагу. Однако почему-то передумал. — Слышь, лейтенант! Ты же у нас вроде как с компьютерами дружишь? — Никак нет, тщщщ… полковник! Я с лейтенантами из первого батальона дружу. — Ты, что, идиот? — Так точно! Разрешите идти? Комбриг рассвирепел и кратко объяснил лейтенанту, что от него хочет. Всё оказалось не так страшно.

В бригаду, каким-то чудом поступила партия компьютеров. А недавно на Военном Совете в Штабе Округа Командующий благосклонно отозвался о радиотехнической бригаде, в которой на компьютерах не только играли в «Сапера» и считали должностные оклады, а еще занимались какой-то крайне полезной деятельностью. В голову спецназовского комбрига сперва ничего не пришло.

Увидев упаковки компьютеров, в голову пришла мысль: — «Ого! Вот доча новому компу (компьютеру) обрадуется!» А теперь, увидев лейтенанта-«пиджака» комбриг осенил сам себя идеей о том, что компьютеры можно не просто раздать по кабинетам начальников служб и отделений, а придумать что-нибудь стоящее. Тем более что через несколько месяцев на профессиональные праздники ожидались «высокие гости». Лейтенант сперва не понял, что ему пытаются объяснить.

Потом понял что. Он долго не задумывался и ляпнул первое, что пришло в голову: — А давайте я вам сеть сделаю, товарищ полковник! — На хер мне твоя сеть? Я охоту люблю… – ответил командир. Лейтенант в течение минут двадцати объяснял про компьютерную сеть и преимущества, которые может заполучить штаб бригады и всяческие службы. Полковник наморщил лоб и постепенно понял, что документы в электронном виде можно будет кидать с компьютера на компьютер, править проверять сверять итд итп.

Да и много еще, что можно сделать… Мысль командиру понравилась и он, убыв в свой кабинет, немедленно вызвал к себе: начальника штаба, начальника связи, начальника службы защиты всяческих, в том числе и государственных тайн, особиста-контрразведчика, начфина и начальника столовой. Начальник столовой прибыл первым и удивленно вылупился на комбрига. — Тебе чего, прапорщик? — спросил комбриг.

— Не знаю, товарищ полковник — ответил недоуменный прапорщик. — Да ты вечно ни хрена не знаешь — поорал для проформы полковник. Потом, сообразив, что для создания компьютерной сети начальник столовой будет мало полезен — отправил того восвояси. Прапорщик обиделся на нетактичное поведение командира. Поплелся он в свое хозяйство, с досады ошибся и разбавил яблочный сок, предназначенный на обеденные столы военнослужащих — тем же яблочным соком (вместо обычной воды).

На совещании у комбрига копий было сломано не мало. Блюстители тайн грудью стали на защиту государственных интересов, однако, под напором командирской мощи сломались и начали изыскивать способы борьбы с еще необъявившимися «хакерами-шпионами». Начальник финчасти кротко намекнул комбригу что, дескать, при раскидывании средств на «непонятные сети» — можно и не получить премию за экономию по итогам года. Однако комбриг уперся.

Вызвали лейтенанта-«пиджака» и озадачили к завтрашнему дню составить список необходимых причиндалов для создания сети. Начальник связи старенький подполковник, спокойно дремавший в углу, проснулся и попросился в туалет. Начальник штаба выдвинул очень здравую мысль, чем доказал, что в Академии Фрунзе даром «синий диплом» не дают. НШа предложил создать внештатное отделение автоматизации.

Начальником отдела назначить одного из помощников начальника связи, лейтенанта-двухгодичника назначить просто каким-нибудь сотрудником наладчиком АСУ (автоматизированных систем управления), ну и для кучи назначить туда какого-нибудь из сотрудников отдела защиты секретов, да дать парочку разведчиков связистов потолковее, которых подберет лейтенант. На том и порешали. «Бдительные» после совещания ринулись к телефонам докладывать о «новых каналах» утечки.

Финансист в глубокой экономической задумчивости закрылся у себя в «евроотремонтированном» кабинете. Наутро после построения комбриг решил протестировать лейтенанта на проффпригодность и вручил ему свой сотовый телефон. Двухгодичник в течение пары минут разобрался с «чудом китайской мобильной телефонии»: настроил WAP и GPRS, показал как включается ИК-порт и для чего он предназначен. Также он объяснил комбригу, что Bluetooth — не ругательство, а весьма полезная штука в телефоне.

Полковник остался доволен и дал отмашку. Работа вновь испеченного отдела началась. Сперва лейтенант прошелся по подразделениям связи и нашел парочку подходящих по уровню интеллекта и знаниям связистов. Тут немного пришлось повоевать, ибо все более-менее разбирающиеся в компьютерах бойцы были задействованы в качестве работников штаба, писарей и других «полезных лиц». Однако, при помощи командира бригады все кадровые вопросы быстренько решились.

Замеры, осмотры и проверки были проведены, а смета — составлена. Деньги требовались лишь на кабели-коннекторы, всякие там свитчи и хабы, а также другую относительно недорогую хренотень. Заявка была составлена и подана. Начфин, скрепя сердце, выписал премии на работников вновь созданного отдела и еще нескольких «залетных» офицеров. Командир бригады одобрил.

Счастливчики, попавшие в список «премированных» с кислыми лицами выстроились у кассы, расписывались в ведомостях и матерились сквозь зубы… Через неделю напряженной работы всех должностных лиц сеть начала функционировать. «Бдительные» названивали своему начальству, более бдительное начальство молчало. Начальник отдела автоматизации, не сделав ни хрена и узнав о том, что он «начальник» буквально за день до запуска сети — активно включился в работу: сначала наломал дров, затем угомонился а в результате получил благодарность.

Комбриг блаженствовал. Все работало! И ничего не ломалось!!! Сетевой кабель был аккуратно проложен в пластиковых коробах вдоль стен и никому не мешал, коннекторы (компьютерные разъемы) были хорошо обжаты, а ХАБ-ы и СВИТЧ-и (коммутаторы) загадочно подмигивали зелеными огоньками. В отдельно отведенном помещении, отвоеванном у коменданта штаба, за железной дверью и зарешеченными окнами организовали серверную (центральный компьютерный пост), где восседал лейтенант со своими бойцами. Помощника начальника связи старались близко к компьютерам не подпускать.

Бойцы, сразу же завербованные «бдительными» первые пару недель то и дело шныряли по всем кабинетам, где были установлены компьютеры, показывали, рассказывали, объясняли, устраняли. Постепенно все привыкли, освоились и уже не представляли, как они раньше жили без этих самых новых информационных технологий. Командир бригады по достоинству оценил и работу «автоматизаторов», и свою задумку и поэтому иногда щеголял на совещании фразами типа: — «Так! И вещевикам расшарить свои папки (разрешить доступ) к завтрашнему утру ...» Как ни странно, с появлением компьютерной сети личный состав штаба стал более усидчив на рабочих местах, перестал «исчезать» по всяческим непонятным поводам.

Иногда командир обходил рабочие места и с удивлением обнаруживал тех должностных лиц, которых до появления в штабе «сетки» было трудно застать на месте. Офицеры и прапорщики увлеченно пялились в монитор двигали, мышками нажимали кнопки. При виде комбрига щелкали кнопками на клавиатуре и бодро представляясь, докладывали, что исполняют такой-то документ и вот-вот его представят. Комбриг довольно ухмылялся и бросал: — «Скиньте по сетке в мою папку» — после чего вальяжно удалялся.

На самом деле все было намного проще. Лейтенант-двухгодичник подсадил весь личный состав штаба на “Counter-Strike” (компьютерная стрелялка). Сетевые баталии разворачивались с самого утра и длились бесконечно. Офицеры на построениях шептались: " Как я тебя “вынес” (убил)? Из машингана (пулемета) прям в окне?" На шептунов рыкал Начальник Штаба и призывал всех к молчанию. Сам же полковник тихонько посмеивался.

Он, как ему казалось, втайне от всех частенько участвовал в сетевых играх в команде террористов под позывным «Иван Дулин» и весьма поднаторел в выставлении фугасов. Только его иногда удивляло, почему лейтенант-автоматизатор завидев НШа, кричал кому-то в сторону: — «От оно чё, Михалыч! Недаром мне вчера сон про ромашковое поле и красные труселя снился…». Для лейтенанта, сидящего целый день в серверной — вычислить по iP-адресу компьютер и его владельца было как два пальца об плац.

Лишь только заместитель командира по воспитательной работе ненавидел компьютерную сеть. На то были свои причины. Когда у офицера-воспитателя появился компьютер, он решил сам освоить все премудрости и начал беспорядочно лазить по сетевым папками и открывать все подряд. В результате судорожных кликов мышкой и беспорядочных нажиманий кнопок зам по воспитательной оказался в открытой для общего доступа сетевой папке комбрига и наткнулся на альбом с фотографиями с какого-то бригадного торжества. Открыв фотографию, где был запечатлен весь героический руководящий состав, он ухитрился открыть фотографию в графическом редакторе и, обнаружив на панели инструментов электронные карандаши и кисточки, злобно улыбнулся.

В результате художеств новоявленного компьютерного дизайнера — у комбрига появились чудовищные очки и негритянская прическа “а-ля семидесятые”, у жены комбрига нарисовались чудесные розовые усы и борода, а у остальных — синяки, ковбойские шляпы и прочая «высокохудожественная» ерунда. Воспитатель поржал всласть, а закрывая фотографию нажал не думая на выскочившую кнопку “ДА” в окошке с вопросом “Сохранить изменения?” Комбриг был жутко удивлён. Если у него иногда и выскакивали непонятные окошки с надписями типа «net send 192.168… привет старый пердун», то лейтенант-автоматизатор легко это объяснил наличием вируса на компьютере, который тут же устранял.

Но испохабленная фотография была явно делом рук человеческих. Неразрисованным остался лишь зам по воспитательной, поэтому просчитать наглеца было делом трех секунд. Воспитательный гений имел бледный вид, но стойко стоял на том, что он не при делах, а компьютеры это зло, а лейтенанта-компьютерщика надо гнать из Вооруженных Сил. Впрочем, если бы лейтенанта выгнали, тот был бы только рад.

По случаю профессионального праздника и приезду высоких гостей надумали устроить представление. Как обычно, решили показать спецназовскую “показуху” по рукопашному бою и в качестве кульминации – демонстрацию по освобождению какого-нибудь “стратегического” объекта, захваченного условным противником. Все офицеры, которые имели опыт в подобных мероприятиях — были немедленно мобилизованы и озадачены.

На рукопашный бой задействовали солдат по призыву: несмотря на переход к контрактной армии в бригаду все еще поступали призывники. На время праздника объявили «День открытых дверей» и поэтому ожидалось прибытие всяческих комитетов «Нерожавших матерей». Для показа налета отобрали наиболее опытных и симпатичных контрактников, отличников боевой и общественно-государственной подготовки, ветеранов боевых действий в милой сердцу Ичкерии. На этот раз, показуха обещала быть феерической.

Для зрелищности налета, решили добавить немного десантно-штурмовой тематики. Офицеры воздушно-десантной службы протянули с крыши учебного корпуса тросовые горки — стапеля, проходившие над плацем и заканчивающиеся на стадионе. По замыслу часть спецназовцев должна изображать высадку парашютным способом и вступать с неба в бой, паля во все стороны и сшибая при приземлении с ног противника. Сперва стапеля опробовали на массогабаритном макете человека «Иван Иваныче», числившегося по спискам воздушно-десантной службы.

Чучело засунули в ПСТ (парашютная система тренажер) и спихнули с крыши. «Иваныч» размахивая руками, пронесся над плацем и грохнулся посреди стадиона. Кое-что подтянули, подправили, сделали к концу тросовой горки спуск более пологим под конец с небольшим подъемом. Так как чучело было одно на всю бригаду, и его было жалко, то для повторной проверки запустили прапорщика-инструктора: их было намного больше. Прапорщик ловко приземлился.

Испытания были проведены успешно и на горку стали запускать для тренировки бойцов. Контрактники весело паля из автоматов с криками «Хуяссеее» летали над местом для построения и тренирующимися внизу рукопашниками, доводя заместителя Начальника Штаба по Безопасности Военной Службы и Службы Войск до белого каления. Лейтенант-автоматизатор получил особую задачу.

Командир бригады решил сам комментировать все выступления. Микрофон или громкоговорители морально устарели. Пол.

Теги: Начальник, Бригада, Комбриг, Лейтенант, ШТАБ