Новость8 октября 2012, 10:16

Из любви к искусству. Великая Отечественная.

Рояль, ГЕРР, Солдат, Штраус, Могила
Весна 45-го года.

Вена, поздний вечер. В двери старинного особняка вежливо постучали.

Фрау Х. обречённо открыла.

— Добрый вечер, фрау – на хорошем немецком сказал молоденький советский солдат с автоматом за спиной. Чуть позади него стояли ещё двое, настороженно оглядываясь по сторонам. – Нам нужен герр Х. Мы знаем, что это его квартира.

Он дома?

Фрау молча кивнула и отступила в сторону, приглашая солдат войти. Герр Х., маленький сухой старичок, встретил их в прихожей. Солдаты уставились на него с непонятным любопытством.

-Здравствуйте, Вы – герр Х.?

Старичок кивнул:

— Здравствуйте. Зачем я понадобился Красной Армии?

— Ничего особенного, герр Х. Вы играли в оркестре Штрауса?

— Играл, — пожал плечами старичок.

– На рояле. Давно.

— Тогда собирайтесь, поедете с нами.

— Куда?

— Хм. На кладбище.

— Ну, туда и я так готов, — старый музыкант надел ботинки и молча шагнул за дверь. Молоденький русский, закрывая дверь, обернулся к фрау Х.:

— Мы на кладбище, правда. Но вы не переживайте, мы вернём герра Х. через час примерно….

Широкий американский «Додж» остановился у ворот кладбища.

Солдаты легко выпрыгнули из кузова и помогли музыканту выбраться из машины. Вглубь кладбищенских аллей двинулись пешком. Наступала лунная весенняя ночь. Впереди и сзади поскрипывали сапоги русских солдат. А где-то впереди – показалось, что ли? – звучал рояль! Словно кто-то пробует инструмент на звук…

Возле могилы Штрауса-старшего солдаты остановились.

— Нам сюда, герр Х., — сказал кто-то.

Герр Х. вгляделся в темноту и обомлел – возле могилы великого композитора стоял настоящий рояль! Белый! Вокруг расположилось несколько солдат в форме Красной Армии. На рояле и на траве стояла всякая снедь, забытая за годы войны. Русские улыбались.

— Герр Х., злравствуйте. – произнёс один из них, — Простите нас за бесцеремонность, но понимаете – война…

Герр Х. молча и бездумно кивнул.

Он пытался рассмотреть рояль.

— Да, герр Х., это тот самый рояль, — русский перехватил его взгляд, — На котором вы играли когда-то. Мы привезли его из музея. Специально для вас. Потом вернём.

— Но зачем?!

Русские зашевелились, о чём-то переговорили. Послышалось бульканье. Кто-то из темноты протянул бокал – настоящий!

— Гер Х., я предлагаю выпить это прекрасное вино (герр Х. не сомневался, что так оно и есть) в память о великом композиторе Штраусе.

За чарующие звуки вальса, прозит!

— Прозит, — повторил музыкант и пригубил из бокала. Посмаковал. Правда, отличное вино! И допил бокал.

— Герр Х., — продолжил русский. — Мы хотим попросить вас сыграть сегодня несколько вальсов. Вы не откажете?

Герр Х. с самого начала пребывал в лёгком шоке, но понимал, что отказать он не может.

— Прошу вас, рояль к вашим услугам. – сказал кто-то из темноты.

Возле рояля даже обнаружился «родной» стул. Герр Х. прикоснулся к клавишам…

Через час «додж» доставил музыканта домой, потом рояль – в музей, возле могилы Иоганна Штрауса не осталось никаких следов присутствия людей, которые снова вернулись на войну. Им ещё предстояло освободить Чехословакию и победить императорскую Японию. Война продолжалась.

Эти солдаты выполнили свой долг до конца, но судьба у каждого сложилась своя.

Один погиб от шального осколка – почти 800 метров от костра, по которому стрелял «Фердинанд», другой – в 49-м, в Закарпатье, добивая бендеровскую сволочь, третьего посадили в конце 50-х – в Большом театре начал стрелять из пистолета по люстрам с криком «Бей жидов, спасай Россию», четвёртый замёрз зимой в машине посреди Москвы, а трое потом, в 68-м, снова входили в Чехословакию. Кто-то из Союза, кто-то из ГСВГ.

Один потом даже призывался с глубокой пенсии консультантом в разведотдел 40-й армии в 79-м — как специалист по Ближнему Востоку и Ирану....

Написал по памяти со слов одного из участников-любителя Штрауса.

Об этом пишет сегодня Военное обозрение.

Далее: Прорыв в борьбе с параличом и деменцией: Швейцарские ученые нашли ключ к лечению

Понравился этот пост? Подпишись на рассылку

(Всего одно письмо в неделю, чтобы ничего не пропустить)