Новость18 января 2014, 15:52

Стал очевиден вред проповедей арабских миссионеров для мусульман Поволжья

Медресе, Организация, Ислам, Татарстан, Мусульманин
Религиозное возрождение, охватившее Россию и ее регионы после распада СССР, и завершение эпохи государственного атеизма в 1991 году привели к массовому восстановлению и строительству новых храмов по всей стране.

Общий для всего государства процесс проходил и в регионах компактного проживания народов, исповедующих ислам. Однако, естественный духовный порыв мусульманского населения к своей религии был использован приверженцами радикальных исламских течений из зарубежных стран, ставивших себе целью духовно переориентировать российских мусульман на зарубежные религиозные центры.

Подобные политические устремления в долгосрочной перспективе должны были привести к превращению мусульман Поволжья и Северного Кавказа в «пятую колонну» в собственной стране и включить эти территории в глобальный геополитический передел в Евразии. В 90-е годы теперь уже прошлого века приезд иностранных мусульманских миссионеров в Татарстан воспринимался как желание зарубежных единоверцев из стран Ближнего Востока помочь татарам вернуться к исламу. По воспоминаниям муфтия Татарстана Ильдуса Файзова (2011-2013) пиетет перед арабами достигал таких форм, что «на любого араба смотрели чуть ли ни как на самого пророка Мухаммеда» .

Известный татарский богослов Фарид Салман вспоминал, что в бытность его работы во главе отдела международных связей Казанского мухтасибата в начале 90-х годов, когда начались первые визиты арабских эмиссаров, ему часто в качестве переводчика приходилось бывать рядом с ними. Тогда они недвусмысленно предлагали ему сотрудничество. В 1991 году приехавшие из Университета имени Абд аль-Ваххаба в Эр-Рияде преподаватели убеждали его начать содействовать им в приобщении татар к «чистому исламу» .

Сам Салман тогда от подобных предложений отказался, и впоследствии неоднократно поднимал тревогу по этому поводу. Причём он — один из немногих, кто ещё в 90-е годы разглядел, куда ведёт такое «сотрудничество» мусульманскую умму . Увы, далеко не все были столь принципиальными противниками «помощи» от зарубежных единоверцев из арабских благотворительных фондов. Деятельность зарубежных исламских миссионеров сконцентрировалась сначала на организации мусульманских молодёжных лагерей.

Первый такой прошёл с 27 апреля по 3 мая 1992 года на территории пионерского лагеря «Солнечный» под Казанью. Он был организован саудовской благотворительной организации «Тайба». В качестве лекторов выступали четверо граждан Саудовской Аравии, одним из которых был Махди Ханбали. Весьма любопытны впечатления одного из участников этого лагеря, отражающие настроения татарской молодёжи: «Саудовцы казались нам непререкаемыми авторитетами ислама. Мы все думали тогда, что соплеменники и земляки пророка Мухаммеда были единственным источником настоящего и чистого ислама» .

Арабы также участвовали в организации культурных вечеров, которые пользовались огромной популярностью. Открытый в том же году московский филиал Международной ассамблеи мусульманской молодежи (WAMY), возглавляемый гражданином Саудовской Аравии Али ал-Амуди, организовывал курсы проповедников ислама в Москве и в Казани, куда охотно приглашалась татарская молодежь. Наряду с этим практиковались поездки по районам Татарстана, где арабские проповедники выступали с лекциями перед мусульманской молодежью.

К примеру, 14-27 декабря 1992 года с «благотворительным караваном» по республике разъезжал Усман Ахмед Хасан Али, гражданин Судана . Открытые лекции арабских миссионеров проводились не только в мечетях или для участников молодежных лагерей. Нередко для этого использовались целые концертные залы. К примеру, в феврале 1992 года в культурно-спортивном комплексе «Уникс» Казанского университета выступали перед многочисленной аудиторией заместитель министра вакуфов Иордании Валид Шукри Сапсуг, представитель Всемирной исламской организации помощи («Saar Foundation») Али Иссам Салех из Иордании и член президентского (дудаевского) совета Чеченской республики Иса Умаров.

Салех на этом вечере рассказал о деятельности организации, отметив, что в Москве, где к тому времени действовал её офис, уже взято под её покровительство 125 татар («Saar Foundation» оказывала помимо «просветительской» работы, ещё медицинскую и материальную поддержку). Весьма характерно, что в репортаже об этом мероприятии татарская журналистка отметила: «Визит миссионеров стал ещё одним доказательством возрастающего интереса мусульманских стран к Татарстану» . В 1993 году вояжи в регионы Поволжья совершал представитель организации «Аль-Игаса» Абдель-Хамид Джафар, известный среди ваххабитов под кличкой «Дагистани».

Организация «Аль-Игаса» более известна как «Международная исламская организация «Спасение» (МИОС). На эту организацию в своё время обращалось особое внимание СМИ: появлялись сообщения экспертов о том, что её руководители, связанные с саудовскими спецслужбами, негласно финансировали ваххабитов по всему миру, включая и религиозных радикалов, действующих на территории России. В 1999 году органами ФСБ для СМИ была представлена информация о том, что Дагистани в тот период возглавлял «Русский отдел» «Аль-Игасы», и четыре месяца в году проводил в России, вместе со своим бухгалтером совершая вояжи в Татарстан и на Северный Кавказ; а также о том, что Дагистани является имамом мечети в Медине и выполняет деликатные поручения одной из саудовских спецслужб.

Известно, что в Татарстане и на Северном Кавказе Дагестани выступал с проповедями перед мусульманами, в т.ч. перед шакирдами местных вновь открытых медресе. В некоторых проповедях Дагестани открыто призывал к вооружённому джихаду против «неверных», говоря о том, что рано или поздно придётся вести войну против «кяферского государства». В 1995 году посольству Саудовской Аравии в России было заявлено о нежелательности пребывания Абдель-Хамид Джафара Дагистани на территории России, после чего официально Дагистани убыл из страны .

В 1993 году саудовская благотворительная организация «Тайба» заключила договор о содействии образовательному процессу с дирекцией новообразованного в г.Набережные Челны (второй по численности населения и значимости город Татарстана) медресе «Йолдыз», что де-факто привело к трансформации медресе в центр по подготовке боевиков, что показали в дальнейшем события Второй чеченской войны (1999-2001). Данное медресе в 1993 году руководством Духовного управления мусульман Татарстана фактически было продано спонсорам из «Тайибы».

Осенью 1999 года выпускник медресе Денис Сайтаков вошёл в число подозреваемых в организации терактов в Москве, впоследствии была доказана причастность шакирдов «Йолдыза» ещё к нескольким подобных акциям, а также подтверждены факты сотрудничества руководства медресе с чеченскими полевыми командирами Шамилем Басаевым и Хаттабом, которые проводили для студентов «Йолдыза» «полевую практику» . Вскоре ещё 10 учащихся этого медресе были объявлены в розыск по ст.208 ч.2 Уголовного кодекса РФ («Участие в вооруженных формированиях, не предусмотренных законом»).

Возглавлял филиал «Тайбы» в Татарстане Иса Шебахат, гражданин Иордании. В 1997 году в Казани появился филиал «Международной исламской представительской организации» (МИПО). Эта организация была создана при финансовой поддержке Саудовской Аравии в г. Дакка (Бангладеш). В том же году филиал организации появился и в Москве. Официальной целью создания МИПО является распространение ислама по всему миру.

В 2001 году в СМИ появились сообщения, что план деятельности МИПО был нацелен на создание во взаимодействии с другими международными исламскими структурами «исламского государства на территории России с центром в Татарстане», в которое вошли бы несколько субъектов РФ . В этот же период распространение ваххабизма в Татарстане и соседних регионах шло по линии организаций «Ибрагим бин Абдулазиз аль–Ибрагим» («Аль-Ибрагим»), «Всемирная ассамблея мусульманском молодёжи» и «Комитет мусульман Азии», связанных с саудовскими и кувейтскими спонсорами и со спецслужбами Саудовской Аравии. Цели деятельности этих организаций, официально заявленные в учредительных документах, были довольно схожи и, как правило, не выходили за рамки оказания материальной помощи отдельным гражданам, общественным и религиозным объединениям, а также содействия в организации религиозного просвещения.

Вместе с тем, в СМИ и в научной литературе со стороны востоковедов и политологов звучало немало негативных оценок деятельности этих «неправительственных организаций». В частности, отмечалось, что оказание ими гуманитарной помощи сопровождалось созданием разветвлённой сети организаций, финансируемых Саудовской Аравией, особенно активно стремящейся содействовать увеличению роли ваххабитской формы ислама в общественной жизни на территории России, и, тем самым, прямо или косвенно закрепить саудовское влияние. Среди реальных целей этих организаций следует отметить и формирование просаудовских настроений среди максимально возможного количества верующих, формирование готовности к вооружённому джихаду против «неверных», а также компрометация местных действующих религиозных авторитетов и продвижения на их посты своих ставленников.

Негативное влияние на мусульманскую общину Татарстана оказал представитель «Тайба», гражданин Алжира Бу Сетта Абдрурразак, работавший преподавателем в медресе «Мухаммадия» (1994-1997). Во время пребывания в Казани он регулярно вмешивался во внутренние дела мусульманского духовенства, создавал интриги среди руководства Духовного управления мусульман, подстрекал учащихся медресе к столкновениям с сотрудниками местной газеты. Иностранец организовал поездки молодёжи в религиозные университеты Саудовской Аравии и Кувейта, известные своей фундаменталистской направленностью .

С 1992 года стала действовать уже упоминавшаяся организация «Saar Foundation», которая также специализировалась на организации исламских молодёжных лагерей для последующей отправки их участников на учёбу в арабские страны. Эта организация стремилась организовывать лагеря не только на территории России, но и в Казахстане и Белоруссии, куда приглашала молодых мусульман из Татарстана. Филиал этой организации в России возглавлял иорданец Али Иссам Салех.

По аналогичной схеме работал и региональный благотворительный фонд «Аль-Харамейн» («Al-Harame-in Foundation»), основанный в 1991 году Саудовской Аравией с целью «оказания помощи мусульманским братьям в различных частях света и распространения по всему миру истинных исламских учений». «Аль-Харамейн» является ведущей благотворительной организацией саудитов, действующей непосредственно под патронажем королевской семьи и под эгидой Министерства по делам ислама КСА . С 1993 года на территории регионов Поволжья действовали представители «Аль-Харамейна».

А сама организация функционирует непосредственно под патронажем королевской семьи Саудов при поддержке Министерства по делам ислама и вакуфов Королевства Саудовской Аравии (КСА). Эмиссары этой организации агитировали молодых мусульман ехать в КСА для получения там религиозного образования. Между тем, образовательная деятельность этой структуры, сводившаяся первоначально к организации семинаров, лагерей и издания литературы, довольно быстро сменилась на вербовку готовых воевать в Чечне мусульманах из Татарстана. С началом Первой чеченской кампании (1994-1996) организация вела активную антироссийскую кампанию в поддержку исламского «джихада» в Чеченской Республике.

Только к 2000 году российским органам безопасности стало понятно, что деятельность подобных зарубежных «благотворительных» организаций приводит к появлению терроризма на религиозной почве в среде российских мусульман и финансированию боевиков . Как отмечают исследователи, оказание гуманитарной помощи сопровождалось созданием разветвлённой сети организаций под видом благотворительных фондов, финансируемых Саудовской Аравией, особенно активно стремящейся содействовать увеличению роли радикального ислама в общественной жизни в мусульманских регионах России и, тем самым, прямо или косвенно закрепить свое присутствие там . Проникновение арабских миссионеров нетрадиционного для региона ислама наиболее успешно осуществлялось в систему создаваемого в 90-е годы в Татарстане мусульманского образования.

В 1993 году начали приезжать в качестве учителей другие арабы, многие из которых остались впоследствии на постоянное место жительство в Татарстане. В частности, из Иордании приехали Хусам Абдрахман (преподает и поныне в казанском медресе «Мухаммадия» арабский язык) и Ахмад Абу Гаеш, отправившийся работать в Набережные Челны в медресе «Йолдыз». Также работал преподавателем в этом казанском медресе Аляутдин Амро из Иордании (уехал в 2000-е годы в Объединённые Арабские Эмираты).

Сам факт наличия таковых первоначально объяснялся тем, что они необходимы как носители языка. Однако совсем скоро стало очевидно, что они сами не ограничивали свою работу в качестве учителей филологических дисциплин, а стремились непосредственно к миссионерской деятельности, которая нередко сводилась к изданию соответствующей продукции. К примеру, в 2003 году преподаватель казанского медресе «Мухаммадия» Хусам Абдурахман из Иордании выпустил CD-диск религиозного содержания под названием «На пути к бесконечности» .

Самого Хусама также знают как исполнителя нашидов (песен религиозного содержания). «Религиозные дисциплины в наше время находились под юрисдикцией арабских преподавателей, — вспоминал годы своей учебы в казанском медресе «Мухаммадия» заведующий отделом истории общественной мысли и исламоведения Института истории Академии наук Татарстана Дамир Шагавиев, — Поэтому неизбежно возникали проблемы, связанные с мазхабами (религиозно-правовыми школами. – прим.). Тогда ещё не было твердой установки на ханафитский толк (традиционный для татар мазхаб), и у молодёжи наблюдалось недоверие к местным имамам и обрядам» .

По словам бывшего шакирда, Ахмад Абу Гаеш преподавал фикх (мусульманское право) по книге «Фикх ас-сунна» Сайида Сабика, салафитского автора, который придерживался принципа смешения (талфик) между положениями различных мазхабов и даже отрицал правомерность следования одному из четырёх канонических мазхабов. Правда, как подчеркивает Шагавиев, попытки уменьшить влияние салафитской ориентации в преподавании религиозных предметов предпринимались.

Большую роль в этом играл тогдашний казый (духовный судья) Габдельхак Саматов, который на занятиях по фикху опирался на книги, написанные в соответствии с традиционным для татар исламом ханафитского мазхаба . Наибольший отрицательный след оставил другой зарубежный преподаватель — Ясин Усман Абделла — выпускник Исламского университета г.Медина (Саудовская Аравия), приехавший из Эритреи. В созданном в 1998 году в Альметьевске медресе им.Р.Фахретдина он занял пост проректора, параллельно курируя работу ваххабитского медресе «Аль-Фуркан» в Бугуруслане (Оренбургской области), действующего с ноября 1994 года .

Он вёл курс практической подготовки имамов, включающую обучение основам проповеди и призыва (дагват) . Аналогичная ситуация возникла в медресе «Йолдыз», открытом в Набережных Челнах 1991 году (вначале ректором был Идрис Галяутдинов, потом Габдельнур Агишев, позже Малик Ибрагимов). В списке преподавателей религиозных и светских дисциплин этого учебного заведения за 1996/1997 учебный год имеется 8 фамилий, из которых 4 принадлежат арабам из Египта, Иордании, Палестины . Однако все они впоследствии были высланы из России после окончательного закрытия этого медресе в 2000 году как одного из перевалочных пунктов по идеологической подготовке ваххабитов, отправлявшихся впоследствии для военного обучения в центр «Кавказ» в Шалинском районе Чечни.

Начавший свою работу в 1998 году Российский исламский университет (РИУ) в Казани в свой преподавательский состав ректором Гусманом Исхаковым, одновременно занимавшим пост муфтия Татарстана (1998-2011), пополнился иностранными преподавателями: турком Салихом Сейханом (преподавал Коран, фикх и турецкий язык) и египетским арабом Мухаммадом Садыйком Авадом (преподавал тафсир, акыду и арабский язык). Оба были выпускниками исламского университета «Аль-Азхар» в Каире .

Впоследствии преподавателями РИУ были и другие граждане Турции и арабских стран: Мухаммад Саид Абдулла Кутб, Эль-Саид Закария Сирадж Эль-Дин, Абдулмохсин Али Ариф, Мустафа Мюккеррем Караерс . На сегодняшний день только три преподавателя-араба остались в Татарстане: двое работают в казанском медресе «Мухаммадия»: Хусам Абдурахман и Мухаммад Махмуд ; один в РИУ — Абдулмаджид Абдуракиб Алави (Йемен), кандидат юридических наук, работающий на кафедре филологи и страноведения этого вуза. Татарстан также, и не исключено что с вербовочной целью, регулярно посещали члены террористических организаций.

Ахмед Насер, вербовщик «Аль-Каиды» из Египта, приезжал в Республику в конце 90-х годов и пробыл в регионе до 2004 года. Вернувшись в Египет, он был арестован и до 2011 года содержался в тюрьме. После начала «арабской революции» в этой стране, был освобождён. В 2012 году он погиб в Египте при невыясненных обстоятельствах. Нередко поддержку арабским миссионерам оказывали их татарские единомышленники.

Обучавшийся в Саудовской Аравии в 1992-1997 годах Рамиль Юнусов, занимавший в 2005-2012 гг. пост имама казанской соборной мечети «Кул Шариф», известен как один из проводников нетрадиционных для татар форм зарубежного ислама в Татарстане. Он трижды организовывал визиты в Татарстан Ахмада Фарида Мустафы, занимающего скромную должность архитектора Медины, но воевавшего в составе саудовских моджахедов против советских войск в Афганистане в 80-е годы. Зачем надо было приглашать в Татарстан человека с такой биографией, да ещё для того, чтобы читать лекции татарской молодёжи, до сих пор совершенно не понятно .

Однако наибольшую известность приобрёл своей миссионерской деятельностью арабский проповедник Камаль аль-Зант. Прибывший в 1992 году из Ливана учиться в Казанский медицинский университет. Он вскоре приобрел большую популярность своими проповедями на русском языке в Бурнаевской мечети Казани. Отучившись на онколога, аль-Зант женился на местной татарке и, совмещая работу в больни.

Далее: Чем опасен эффект искажения в восприятии сделанного выбора

Понравился этот пост? Подпишись на рассылку

(Всего одно письмо в неделю, чтобы ничего не пропустить)